Художник с женой Лидией Васильевной и детьми

«Всесветно известный» художник Василий Васильевич Верещагин (1842–1906), он же писатель, философ, этнограф и путешественник, объездил практически весь мир (не бывал только в Австралии и на полюсах). Жил и работал в Петербурге, Ташкенте, Мюнхене, Париже, на Кавказе, в Туркестане, Индии, Америке, Японии, Палестине, на Кубе. «Для всех деятелей на поприще наук, искусств и литературы, для ученых, художников, литераторов и даже музыкантов путешествия составляют хорошую школу, просто необходимость: в наш век развития пароходства и железных дорог не пользоваться средствами передвижения, не учиться на живой летописи истории мира — значит вырывать самые интересные страницы из книги своего бытия», — утверждал Василий Васильевич (список цитируемой литературы см. в конце). Во время американского путешествия 1888 года он знакомится с молодой пианисткой из Москвы Лидией Васильевной Андреевской, ставшей впоследствии его второй женой. Вернувшись из Америки в свою благоустроенную мастерскую под Парижем, художник непрестанно думает о возвращении на Родину: этот неутомимый путешественник мечтает о спокойной жизни в кругу семьи — и именно в Москве! Конечно, далеко не последним побуждением в данном случае являлись и грандиозные творческие планы. Верещагин задумал серию картин о войне 1812 года. В Париже он собрал связанный с Наполеоном огромный материал, который станет основой его будущих полотен. И изображать они должны события, происходившие не во Франции, а в России — на Бородинском поле, в разоренной французами Москве! Москва — живой свидетель Отечественной войны, противостояния русского народа наполеоновским полчищам. По сравнению с чопорным сановным Петербургом, где Верещагин пережил немало неприятностей, в Москве была иная атмосфера. Здесь обитали многие художники демократического направления — идейные единомышленники Василия Васильевича, в Третьяковской галерее в собрании русской живописи экспонировались его произведения. В Москве он намерен осесть прочно, до конца дней. Младший брат Лидии Васильевны П. В. Андреевский вспоминает: «Проконцертировав с очень большим успехом около года, сестра моя вернулась из Америки и сняла дачу под Москвой, в Сокольниках, где вместе с нею поселился я и одна наша родственница — подруга сестры. Часто приезжал к нам туда Василий Васильевич, бывший в это время в России, и это лето для меня осталось одним из лучших детских воспоминаний. Верещагин привозил с собой массу вкусных вещей — закусок, фруктов, конфет, впрочем, последние он почти один и уничтожал, к моему огорчению. Трудно представить, сколько мог он съесть сладкого! Я вначале дичился его, но с нетерпением ждал его приездов — столько разнообразия, веселья и интереса вносил он в нашу жизнь. Ко мне он относился как к взрослому, по-дружески, что часто меня стесняло, но, конечно, нравилось. Живой, веселый, остроумный, он постоянно придумывал что-нибудь необычное: то затеет возню с нами, беготню наперегонки, то выдумает готовить какое-нибудь особенное кушанье или начнет воспоминания из своей богатой впечатлениями жизни. Рассказчик он был поразительный — целыми часами можно было слушать его живые образные рассказы; вечера посвящались пению под аккомпанемент сестры ее же романсов, слова к которым Василий Васильевич сочинял сам, игре в дурачки и лото и т. д. И все это пересыпалось шутками, экспромтами и громким раскатистым смехом. Много было дурачеств, много искреннего веселья, что так противоречило несколько суровой наружности художника. Зимой 1889–1890 года Василий Васильевич в России бывал наездами и в Москве чаще всего останавливался в гостинице В. А. Кокорева, откуда писал свой “Кремль” и куда я нередко к нему захаживал. Часто он водил меня по музеям, объясняя все до мелочей, и умел заинтересовать, казалось бы, неинтересными предметами. Я очень привязался к нему за это время и как праздника ждал его приездов»...