Кандидат исторических наук С.О. Шмидт со студентом Н.Н. Митрофановым на кафедре истории архивного дела Московского государственного историко-архивного института обсуждают книгу «К истории царского архива середины XVI в.» (М., 1958). Фотография 1958 года. Из архива Н.Н. Митрофанова

Зодчий «Арбатского архива»

Лишь теперь бросается в глаза, что на нескольких десятках домашних снимков С. О. Шмидта последних лет его жизни на втором плане видны книжные полки, где выделяются яркие обложки двух томов историко-краеведческого альманаха «Арбатский архив» — за 1997 и 2009 годы. Сигурд Оттович даже шутя признавался, что эти тома греют ему спину, когда он работает за письменным столом. Мне посчастливилось трудиться под его началом над собиранием и изданием «Арбатского архива» с 1993 года по 2013 год.

* * *

Из моего дневника: «16 февраля 1993 года. <…> Сигурду Оттовичу Шмидту глянулась совместно написанная мной с Р. М. Янгировым книжечка “Большой Гнездниковский переулок, 10”, поэтому он готов предложить мою кандидатуру на место составителя сборника “Арбату — 500 лет”. Думаю, справлюсь, это мое, родное и знакомое. <...> 24 февраля. Утренний визит и “смотрины” у Сигурда Оттовича Шмидта в Кривоарбатском переулке, дом № 12, квартира № 8. Из пяти комнат — четыре библиотечные, одна целиком! Какое отдохновение на лице хозяина... И везде книги, книги, книги, большинство с торчащими из них закладками... Его первые слова: “На старости лет хочется побыть Петром Ивановичем Бартеневым (издатель журнала “Русский архив”. — В. Б.), выпускать альманах, посвященный истории Арбата и Приарбатья”. <...> 15 марта. Все предыдущие дни — Сигурд Оттович Шмидт и наш “Арбатский архив” (название альманаху найдено!). Пока нет средств, но я уже в трудах — прочитал и отредактировал несколько рукописей, занимаюсь нахождением новых. Шмидт с моими замечаниями согласен (боюсь сглазить). Когда входил в этот дом, понимал, что попал в гнездилище одного из столпов вечной Москвы. Комнаты, заставленные книжными стеллажами (как он в этом библиотечном мире находит нужную ему книгу?), его манера мыслить вслух, расхаживая взад-вперед по комнате и называя себя в третьем лице (“Шмидт не согласен”, “Шмидт подумает”, “Шмидт еще в процессе осмысления” и т. д.). Радость от удачно найденной фразы и “дежурное” рассуждение о том, что его на старости лет тянет порезвиться и побывать Бартеневым... А как он был хорош, произнося слово об Арбате в Государственном музее А. С. Пушкина <…> на вечере, посвященном юбилею Арбата и презентации документального фильма режиссера А. Е. Берлина “Роман об Арбате” (сценарий И. И. Левина по его книге “Один километр России”)! Шмидт хотел говорить по бумажке, но затем отдался эмоциям и давно выношенным мыслям о малой родине... Как к месту прозвучали его детские воспоминания о рогатой козе, которую держали “где-то в Кривоарбатском переулке” и молоком которой он был вскормлен... И как подпитывали эти вспомнившиеся мелочи высокие размышления о Москве и России! <…> 22 апреля. <...> Собираю “здание” “Арбатского архива” по чертежам его создателя, стараюсь внести что-то свое — малоизвестные, а то и вовсе неизвестные имена, заинтересовав предварительно ими Шмидта (а это уже из области фантастики!). Но между тем уже проступает зримо каркас “новостройки”. <...> 15 мая. Вчера Сигурд Оттович заболтался со мной до полуночи, говорили о письмах и дневниках как историческом источнике, о 1918 годе в Москве, его доме № 12 в Кривоарбатском переулке, историю которого еще предстоит изучить... Перед уходом он расщедрился и в качестве “аванса” вручил мне собственную книгу “Краеведение и документальные памятники” (Тверь, 1992) с дарственной надписью: “Дорогому Владимиру Александровичу краелюбу с надеждой на сотрудничество. 14.05.1993. С. Шмидт”».

Сигурд Оттович всегда отмечал в людях стремление к изучению своей малой родины, будь то Москва, или Урюпинск, или какое-то село в Сибири. Делился со мной в ноябре 2004 года: «Признаться, меня радует, что моя книга “Краеведение и документальные памятники”, вышедшая в далеком 1992 году, оказалась спустя некоторое время неполной и даже устаревшей! За минувшие двенадцать лет столько исторических открытий было сделано, столько забытых имен вернулось к нам из небытия, столько новых книг издано... <...> Очень было приятно, когда на книжных ярмарках видел краеведческие издания, вышедшие в Вологде, Перми, Тобольске, в других больших и малых городах России. Такие книги немало способствуют воспитанию общественного сознания, возбуждению любознательности, тяги молодежи к чтению. К сожалению, приходится говорить, что краеведение вводится в среднюю школу как необязательный предмет, в качестве факультатива. А ведь это, пожалуй, единственный урок в школьной программе, который может вызвать интерес как у самих учащихся, так и у их родителей, у дедушек и бабушек. <...> Причем, что немаловажно, стоит краеведческая литература на несколько порядков ниже, чем “обычные” книги. Правда, они имеют низкие тиражи, до 1000 экземпляров (а то и меньше), но от этого не становятся менее интересными, оставляя яркий след в душе»¹.

Между тем в небольшой тверской книжке столько ссылок и фамилий, что их хватило бы на толстую монографию...